Соционическая газета: № 12 (15), 26.05.2003
Cовместный проект сайтов
"Соционические знакомства" и "Соционика на языках мира"

Соционика в Москве:
заметки типируемого

Автор: Павел Цыпин.

Кандидат экономических наук. Автор ряда работ о применении соционики в учебных коллективах.

Эл. адрес: firedraco@gol.ru

Соционический тип: Гексли (интуитивно-этический экстраверт).

Свой тип я осознал практически в самом начале изучения соционики. Правда, у меня были некоторые сомнения по «квазитождественному» поводу: Гексли я или, может быть, Гамлет. С этими колебаниями я пришел на одну «домашнюю» соционическую группу из нескольких человек, руководимую некой Даной. Там мне очень быстро объяснили, почему я никакой не Гамлет, а «матерый иррационал» Гексли. Теперь все встало «на свои места» и колебания прекратились. Отмечу, что объяснения этой группы по своей простоте оказались впоследствии одними из лучших (если не лучшими).

Утвердившись «в своем типе» и даже подтипе (напомню, Гексли этико-сенсорный) и довольно плотно занимаясь соционикой, я стал постепенно знакомиться со школами и исследовательскими группами в этой сфере. Первой оказалась группа Е. А. Удаловой и Л. А. Бесковой.

Помещается она рядом с Пушкинской площадью в знаменитом «доме Нирнзее», известном со слов Маяковского и Бурлюка как «Тучерез». Обстановка для типирования сложилась, таким образом, более чем романтическая.

Елена Андреевна и Любовь Анатольевна – люди более чем приветливые. Типирование, кроме меня, проходила ещё женщина средних лет. Собралась группа (8 человек), полностью состоящая из девушек студенческого типа. Женщину минут за 20 протипировали в Гюго, и она ретировалась. Приступили ко мне; к несчастью, я человек «сложный». Надо отдать должное Удаловой и Бесковой: они за 5 минут определили экстраверсию, интуицию и статику. Во весь рост встала проблема выбора между Гексли и Дон Кихотом.

Стали определять логику / этику. Не получается! Ни то, ни другое никак не лезет в жёсткие рамки 4-й функции. Группа была в полном недоумении, пока Бескова не задала ряд вопросов о работе. Тут у меня появилась возможность высказать «наболевшее», в частности то, что мне всегда было непросто справиться с документами, всякими там анкетами и прочей структурно-логической ерундой. Это подействовало: наконец, после полуторачасового бдения, записали в Гексли, но с комментарием Е. А. Удаловой: «Молодой человек, зачем вам такая сильная логика? Бросьте её!».

«Зачем она мне?», – подумал я. «Для жизни!».

Посещение следующей школы соционики оказалось для меня судьбоносным. В январе 2002 года я «напал на след» Татьяны Меньшовой, которую знакомые очень хвалили. На группе (она тогда составляла 7-8 человек) рассматривались интересные вопросы, и, что самое главное и отрадное, безо всякого догматизма. Это меня покорило. Да, кстати, никто не бросился меня типировать и уж тем более высказывать свои идеи по поводу моего типа вслух.

Я втянулся и стал ходить каждый вторник на занятия, на которых рассматривались в то время воззрения различных направлений соционики – киевского, московского, питерского и т.д. Ещё через некоторое время группа определила мой тип – Гексли, все остальные версии в процессе общения со мной сами собой отпали.

В июне обучение завершилось, однако расставаться было жаль, а в наших головах бурлили новые идеи. Для их обсуждения был создан специальный «творческий семинар» Татьяны Меньшовой; он начал свою работу в октябре 2002 г. и собирается по сей день по вторникам; по понедельникам проходит обучение начальной группы.

Творческий семинар – единственное место в Москве, где любой желающий может обсудить в кругу специалистов и интересующихся соционикой свои идеи и продемонстрировать достижения. Семинар проводит бесплатное типирование желающих. Он способствует развитию научного, системного подхода к соционике в противовес завзятому школьничеству, процветающему в большинстве соционических «мест».

Кстати, о школьничестве, против которого предостерегала в своей работе «Руководитель…» Аушра. С большим трудом удалось мне прорваться на типирование к Т. Н. Прокофьевой. Я «отстоял» большую очередь, в которую по блату меня включила ученица Татьяны Николаевны. Приходилось соблюдать конспирацию: Прокофьева не типирует тех, кто хотя бы немного знает соционику.

Группа в этой школе довольно большая: более 20 человек и активная в общении с «подопытным кроликом». В течение часа они задавали мне самые разнообразные вопросы, надо признать, вполне конструктивные. Всё вроде шло нормально, пока Великий Гуру не стала «подводить итоги». В ходе моего опроса она приняла решение, кем мне нужно быть, и все полученные от меня факты притягивала «за уши» к требуемому полюсу дихотомии, резко обрубая робкие протесты учеников.

В итоге я оказался Дон Кихотом в легкой маске Гексли, а по системе Афанасьева – Ахматовой. Результат типирования получился близким к истине, но всё-таки неверным, и самое главное, бессовестно пригнанным к желаемому с помощью откровенного манипулирования информацией. Вот вам и злодейское школьничество в русле диктатуры никогда не ошибающегося вождя.

Последняя группа, которую мне довелось посетить, имеет своим руководителем Ефима Михайловича Кривошеева. Он принимает учеников и гостей у себя дома, в скромной квартире в одном из спальных районов Москвы. Группа небольшая – 5-7 человек и очень пассивная, что стало очевидным на типировании (бесплатном, как, впрочем, и в вышеперечисленных местах). Зная, что я осведомлен в соционике, поскольку мы оба выступали на конференции, Ефим оттягивал мой приход на группу под разными мелкими предлогами, однако настал день и мы вместе с моей знакомой (тоже кое-что понимающей в соционике) предстали перед группой Кривошеева.

Технология типирования у Ефима Михайловича своеобразная: после каждого ответа на вопрос испытуемого Ефим ставит на большом листе бумаги точку рядом с соответствующим соционическим символом или словом (например, рядом со значком чёрной интуиции и словом «иррациональность». Поскольку группа – слабая, то ведущий сам – в помощь ей – отмечает точками соционические аналогии.

Сперва типировалась моя знакомая – Габен. Гляжу я на точки и замечаю, что её явно ожидает приговор «Гексли»; против значка «белой сенсорики» только одна точка, а рядом с «чёрной интуицией» – не меньше пяти! Вдруг Ефим Михайлович резко изменил свое видение моей знакомой и объявил, что она – Бальзак; нарисовал «модель А». Задал пару вопросов, после чего деклатимно декларировал «точно Бальзак».

Посмотреть, как будут типировать меня, явились даже некоторые известные в соционике личности. Я сел так, чтобы не видеть листа с точками и никак не программировать свои ответы. Вопросы задавали в основном о детстве и школьных годах, о которых у меня не было ярких впечатлений (а это требовалось!). В целом, ни одного вразумительного с точки зрения соционики вопроса в свой адрес я не услышал. Когда мельком оглянулся на лист Ефима, увидел там модель А в табличной форме … для социотипа Джек. Вопросы и ответы продолжились и внезапно завершились новой таблицей – на этот раз соответствующей логико-интуитивному интроверту Робеспьеру. Диагноз: Робеспьер в небольшой маске Джека.

Удивлению моему не было пределов. Как можно было так превратно понять мои ответы и пояснения?! Согласитесь, невысокой должна быть подготовка данной группы и её руководителя, чтобы иррационального экстраверта затипировать в рациональные интроверты. Замечу, что ни один из признаков Аугустинавичюте-Рейнина в ходе типирования никак не проверялся, всё делалось «на глаз», по принципу «вроде похож».

Поскольку группе было известно, что я сам соционикой занимаюсь, меня попросили назвать свой тип. Я выполнил это и наблюдал несказанное удивление группы, сопровождающееся замешательством Ефима Кривошеева. Из-за нехватки в моем распоряжении времени (сами понимаете, интуиция времени – 7-я функция), мне пришлось откланяться, оставив перемывать мои «соционические кости» всем желающим.

На этом мои походы по школам и группам соционики пока завершены. Говорят, есть ещё некий Алексеев. Проверим, сходим, попробуем. В общем, поживем – увидим. Клятвенно обещаю написать обо всем увиденном и замеченном.